Сайт об оружии и стрелковом спорте
Пожалуйста, авторизуйтесь

Обогнать вчерашний день: современное оружие России

Прошедший год ничем не примечателен в плане значимых событий на российском оружейном рынке. Это касается и боевого сектора, и гражданского. Очевидна стагнация рынка охотничьего оружия, прекратилась ненужная шумиха вокруг разного рода разработок военного назначения. Однако может быть во время такого своеобразного застоя самое время порассуждать о перспективах, проанализировать недавнее прошлое, попробовать взглянуть на современные события со стороны?

Дабы избежать ненужных иллюзий, я сразу обозначу своё твёрдое нежелание ставить какие-либо оценки отечественной современной оружейной промышленности. В сегодняшней ситуации - это имеют право исключительно собственники предприятий, чьи интересы зачастую нам неведомы или совершенно непонятны ввиду их (интересов), мягко говоря, нерыночной сущности. 

Трудно судить, благо или нет для наших оружейнико в двойное назначение их профессии. При наличии крупных заказов на «военку» любой российский завод имеет возможность (при желании, конечно) тратить силы и средства на работы по гражданскому направлению. Другое дело, что не у всех есть мощности для этого направления, а другие банально не умеют работать на коммерческом рынке. 

Например, доводится слышать претензии к Новосибирскому патронному заводу ввиду отсутствия их весьма неплохих патронов на внутреннем рынке. Но дело в том, что завод надёжно и до предела загружен государственными экспортными заказами, а небольшой объём гражданских патронов безо всякого напряжения продаётся опять же на экспорт, тогда как потребности российских охотников удовлетворяются (не удовлетворяются) по остаточному принципу. В это же время Барнаульский патронный завод ведёт работы по изготовлению высокоточных пуль, Тульский патронный завод дооснащается опять же в направлении высокоточки — конкуренция, как ни странно, работает даже в наших условиях.

В собственно оружейном секторе позиция схожа. Например, концерн «Калашников» может сколь угодно детализировать свою программу присутствия на внутреннем рынке гражданского оружия, но будучи стратегическим предприятием смешанной формы собственности, всегда может получить в хорошем (материально) смысле неожиданный заказ на десятки тысяч автоматов по госконтракту и не факт, что охотникам не придётся подвинуться... Кстати, гибкость пока ещё молодого концерна можно будет оценить по количеству произведённых биатлонных винтовок семейства «Би-7» в 2015 году — евросанкции «зачистили поляну» и у Ижевска появился шанс вернуть позиции в этом виде спорта хотя бы внутри России. Ещё бы Закон РФ «Об оружии» прогнуть в плане либерализации правил оборота малокалиберных карабинов, да начать всерьёз заниматься развитием ти-рового хозяйства. 

Я не устаю повторять, что строительство тиров и стрельбищ есть единственный путь расшевелить отечественный оружейный рынок. Так и только так в оборот могут быть вовлечены сотни тысяч новых потребителей оружия, патронов и услуг рыночными способами, гарантирующими пролонгированный результат. И не дай бог вспомнить ДОСААФ — сейчас это просто буквы, в отличие, кстати, от ФПСР. Именно под эгидой российского отделения IPSC появляются новые и новые стрелковые комплексы, разгораются очаги цивилизованного обращения с оружием. В подтверждение напомню, что именно ФПСР на пустом виде создала внутренний рынок для десятков тысяч крупнокалиберных пистолетов и 50000000 патронов калибра 9x19 в год. 

 

пистолет ГШ-18 фото

На фото изображён пистолет ГШ-18. Из числа экспериментальных от серийного внешне его отличает закрытый спереди затвор и характерное оформление рукоятки горизонтальными долами. Говорят, что от них пришлось отказаться, поскольку какой-то генерал увидел в них сходство с противогазным шлангом. Чем ему противогазы не угодили?

 

Пойдём дальше. Именно пресловутое «двойное назначение» «приговорило» Тульский оружейный завод, который практически полностью отказался от производства охотничьего оружия, именно из-за перекоса (возможно, вполне оправданного) в оборонную сторону ЦКИБ СОО воспринимается уже целым поколением охотников как нечто исключительно теоретическое. 

Есть, кстати, примеры вятско-полянского «Молота», где военное и гражданское производство максимально разделены юридически, а «государственники» и «рыночники» занимаются исключительно своим делом и ковровского Завода им. Дегтярёва, практически не имеющего гражданской оружейной программы, а точнее связи с гражданским розничным рынком. В обоих случаях мы видим пример жизнеспособных с экономической точки зрения концепций. 

А как выглядят публичные результаты работы российских оружейников по состоянию на осень 2015 года? Из серийных охотничьих ружей последней и довольно удачной новинкой можно считать гладкоствольный полуавтомат МР-155 от «Ижмеха». Почему мощи концерна «Калашников» до сих пор не хватило на освоение серийного производства явно перспективной вертикалки МР-234 мне неведомо, но, возможно, ответ на этот вопрос прозвучит на выставке «Оружие и охота 2015», в преддверие которой выходит этот номер «КАЛАШНИКОВА». 

Тут уместно затронуть тему производительности труда на наших оружейных предприятиях. В отсутствие точных данных по ним приведу примеры иностранных компаний, которые сам видел «изнутри»: на итальянском заводе Benelli работают около 200 человек, выпускающих более 200000 единиц оружия в год, на финском заводе Sako 170 человек изготавливают около 70000 охотничьих карабинов и снайперских винтовок в год, на словацком заводе Grand Power 100 работников выпускают более 40000 пистолетов в год. 

В лучшие (советские) времена, когда «Ижмаш» выпускал до 600000 единиц оружия в год (из которых около 500000 — автоматы Калашникова), на его оружейном производстве трудились 2800 человек (без учёта немалого административного аппарата). Оружейное производство вятскополянского «Молота» силами 2600 работников в настоящее время выдаёт более 100000 стволов, половина из которых, правда, различные варианты переделок из старого оружия. 

Сравнивать эти данные, что называется, «в лоб», при отсутствии полной информации по многим пунктам в корне неправильно, как и смешивать военные и гражданские заводы. Но нам определённо есть к чему стремиться в плане экономической эффективности оружейных производств. А то в ружейном секторе нас не напрягаясь уже обходят турки — 30-40 тысяч гладкоствольных полуавтоматов На военном поприще нельзя не отметить закончившийся конкурс «Ратник», в оружейной части которого ничего не ясно, кроме того, что начаты работы по «Ратнику-2», по результатам которого, на мой взгляд, есть шанс увидеть реально заслуживающие внимания образцы стрелкового оружия. 

 

 

ружьё МР-234

Перспективное ижевское ружьё МР-234.

 

Будем надеяться, что новинка всё-таки появится на прилавках оружейных магазинов в обозримом будущем. Тем более, что падение курса рубля затормозило экспансию турецких вертикалок в нашу страну. Кстати, хотелось бы, чтобы в погоне за современными трендами ижевчане не забыли потребности той категории охотников, которая предпочитает двустволку без сменных чоков и с двумя спусковыми крючками. Ведь никакой селектор не обеспечит столь быстрой избирательности при выборе ствола (с дробью или пулей, например) в критической ситуации, как два отдельных спуска. В отрыве от цивилизации нелишним может оказаться и взаимное резервирование замков, когда при возникновении неприятностей с УСМ, охотник с большой вероятностью останется пусть и с «одноствольным», но стреляющим ружьём. В плане чоков тоже всё просто - их можно потерять, не уследить за затяжкой - далеко от дома каждый необязательный, но потенциально теряемый или требующий особого внимания элемент можно считать лишним. Имеет право на жизнь и полярная точка зрения - просто нужны варианты ружья для различных целей и с учётом индивидуальных предпочтений покупателя.

По снайперским винтовкам ситуация прозрачнее. С точки зрения МО РФ, СВД перестаёт быть основной снайперской винтовкой, уступая место высокоточным образцам с поворотным затвором. В армии уже довольно много винтовок СВ-98, «иномарки» представлены моделью SSG 08, а в споре за право стать в обозримой перспективе основной винтовкой к Туле, Климовску и Ижевску присоединился московский «Орсис». 

Автоматные перспективы нашей армии, наверное, определит «Ратник-2». Или не определит — и в этом нет ничего страшного. Из реальных образцов можно было бы поговорить о варианте модернизации АК-74М, предлагаемом на выставках концерном «Калашников». Но тут есть одна проблема — на мой взгляд, это не модернизация, а тюнинг, причём тюнинг вчерашнего дня, изначально неспособный отвечать перспективным требованиям к основному армейскому автомату.

При чём здесь вчерашний день? А вы сами посмотрите — точно так же АК можно было «упаковать» и 5 лет назад и 10... Тогда как любые отдельные элементы модернизации основного образца стрелкового оружия МО должны в полной мере соответствовать понятию «перспективные». В случае с гибкими во всех отношениях и «острозаточеными» под конкретные задачи спецподразделениями всё гораздо проще, а вот применительно к модернизации миллионных тиражей армейского арсенала стоит подходить несколько иначе. Например, как я уже неоднократно писал, простая докомплектация автоматов МО РФ современным коллиматором вкупе с уже существующими патронами повышенной кучности способна повысить эффективность комплекса на 20-25%. А это колоссальное преимущество на поле боя. 

В пистолетном вопросе меня беспокоит судьба недооцененного ГШ-18, который был принят на вооружение с патроном 7Н31 с дульной энергией почти 700 Дж (у ПМ — до 300 Дж). Думаю, что будучи разработанным почти 20 лет назад, этот пистолет и сегодня может быть доведён до ума, представляя из себя образец с уникальными характеристиками, проверенными полноценными государственными испытаниями. Выдающаяся для пистолета дульная энергия патрона 7Н31 одинаково нужна и для обеспечения останавливающего действия, и для уникальной пробивной способности, необходимых для армейского пистолета. Другое дело, что в современных условиях нет никакой нужды изготавливать затвор штамповкой, а модульный УСМ предоставляет конструкторам возможность настроить изделие под любого заказчика. 

Почему, говоря о пистолетах, я не упоминаю ижевский ПЛ-14 или новый климовский образец? Потому что пока это не пистолеты, а проекты, обсуждать которые в условиях недостаточности информации бессмысленно. А то ещё кого-нибудь воспоминания о «Страйке/Стриже» перевозбудят — сколько шума было, сколько «экспертов» пытались его «продюссировать»? 

В заключение пару слов о пулемётах. Сейчас в Туле и Коврове ведутся работы по лёгким пулемётам с двойным питанием (магазин/лента) по образу и подобию Minimi. Безусловно, наличие такого оружия в составе вооружения некоторых подразделений вполне оправдано, но, имеем ли мы достаточно информации о плюсах и минусах именно боевой эксплуатации Minimi в армиях (не спецподразделениях) наших вероятных друзей, использующих систему 25 лет? Помним ли мы о ещё более раннем чешском аналоге Vz.52, что мы знаем о довольно старом «корейце» под винтовочный патрон, учтены ли выводы старого конкурса 70-х годов на подобный пулемёт? Неужели мы настолько отстали от иностранцев в концепции армейского вооружения или пытаемся копировать её с задержкой в три десятилетия? 

Это я опять о перспективах... О глубокой порочности попыток обогнать вчерашний день и о том, как трудно заглянуть в день завтрашний, дабы уже сегодня работать на соответствие будущим требованиям современного оружия и даже опережать их.

 

Ичсточник: www.kalashnikov.ru

Комментарии (0)

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.